Сегодня мы с вами коснемся удивительно отличных культур. Великого учения Дона Хуана Матуса и мастера меча Миямото Мусаси и его пяти колец. Толтеки маги древней Мексики, передавшие своё учение воинов духа через Карлоса Кастанеду и труды легендарного мастер клинка самурая. В конце жизни, уединившегося в пещере и обобщавшего свой богатый боевой опыт, создавшего труд выходящий далеко за рамки фехтования.
Перейдём к делу. Сегодня я буду с тобой на «ты», в лучшей традиции воинов. Будет взгляд простой, но с другой точки, для полноты картины как дополнение к прошлым статьям о ЧСВ.
Внутри тебя действительно может жить демон. Не мультяшное красное существо с рогами, не древнее чудовище и не нечто потустороннее. Гораздо страшнее другое: этот демон имеет человеческое лицо твоё собственное. Это твоя внутренняя тень. Твое ЧСВ. Это гнев, который вспыхивает, когда тебя задели. Это ярость, которая поднимается в груди, когда кто-то проявил неуважение. Это желание немедленно ответить, доказать, поставить человека на место, вернуть себе ощущение превосходства. Ты можешь называть это характером, принципиальностью или чувством справедливости, но иногда за всем этим скрывается гораздо более простая вещь твоя неспособность не реагировать.
Карлос Кастанеда, передавая учение мага Дона Хуана, постоянно возвращался к одному понятию чувства собственной важности. Он называл её одним из величайших врагов человека. Личная важность заставляет нас воспринимать практически всё происходящее вокруг как относящееся непосредственно к нашему достоинству, статусу и образу самого себя. Нас задели значит, нас унизили. Нам возразили значит, нас не уважают. Нас проигнорировали значит, нас недооценивают. И человек начинает защищать уже не свои интересы, а собственное представление о том, каким его должны видеть окружающие.
И здесь начинается самое интересное. Гнев кажется силой, но очень часто делает человека слабее. Представь, что кто-то знает, какая именно фраза заставит тебя вспыхнуть. Он произносит её и ты моментально меняешь своё поведение. Кто теперь управляет ситуацией? Ты или тот, кто знает, за какую нитку тебя дёрнуть? Кастанеда именно поэтому связывал личную важность с огромной колосальной постоянной потерей энергии. Человек тратит силы не на собственную жизнь, а на бесконечную защиту своего образа-фасада в глазах других людей.
Мусаси, в свою очередь, оставил совсем другой образ человека воина, который должен сохранять ясность и действовать без лишних движений. Его «Книга пяти колец» постоянно возвращает читателя к необходимости видеть ситуацию целиком, не цепляться за отдельные детали и не позволять противнику навязать тебе собственный ритм. В этом отношении путь меча удивительным образом пересекается с тем, что Кастанеда называл безупречностью. Безупречность не отсутствие ошибок и не моральное совершенство. Это способность распоряжаться своей силой так, чтобы не отдавать её бесцельно и умение доводить начатое до конца неумолимым намерением.
Большая часть твоего гнева вообще не принадлежит настоящему моменту. Человек уже сказал неприятную фразу, ушёл, закрыл дверь, сел в машину и поехал дальше. А ты продолжаешь разговаривать с ним у себя в голове. Придумываешь ответы, которые мог бы сказать. Представляешь, как поставил бы его на место. Снова переживаешь ситуацию, которая уже закончилась. Событие прошло, но ты продолжаешь кормить его своей энергией. Кастанеда много говорил о внутреннем диалоге бесконечном разговоре человека с самим собой, который создаёт привычную картину мира и удерживает его в ней. Пока этот внутренний шум не прекращается, человек почти не замечает происходящего вокруг.
Поэтому первый шаг воина научиться видеть собственную реакцию до того, как она превратится в действие. Ты почувствовал раздражение остановись. Не подавляй его и не изображай спокойствие. Просто заметь. Вот появилась горячая волна. Вот захотелось ответить. Вот внутри возникло желание доказать. И между этим импульсом и твоим поступком появляется небольшая пауза. Именно эта пауза и есть пространство свободы. Обычный человек реагирует. Воин сначала наблюдает, а потом выбирает.
У Кастанеды есть ещё один сильный образ «маленький тиран». Так он описывает человека или обстоятельства, которые постоянно испытывают твоё самообладание. Это может быть начальник, родственник, неприятный сосед, грубиян на дороге или любой другой человек, который умеет нажимать на твои болезненные места. И смысл не в том, чтобы позволять кому-то унижать себя или терпеть несправедливость. Смысл в другом: такой человек показывает тебе, насколько легко твоё внутреннее состояние передать в чужие руки. Если достаточно одной фразы, чтобы ты потерял контроль, значит, эта фраза обладает властью над тобой.
Вот почему воин не задаёт первый вопрос: «Как заставить его измениться?» Он задаёт другой: «Почему я позволяю этому человеку управлять моим состоянием?» Иногда ответ оказывается неприятным. Потому что нас раздражает не сам человек, а то, что он задевает внутри нас. Он ставит под сомнение нашу значимость, нарушает наше представление о справедливости, заставляет почувствовать себя слабым или неуважаемым. И тогда мы бросаемся защищать собственное эго, хотя сами убеждены, что защищаем справедливость.
Мусаси прекрасно понимал ценность внутренней дисциплины. В «Книге пяти колец» он неоднократно подчёркивает необходимость не привязываться к одному состоянию, одной технике или одному способу восприятия. Воин должен видеть целое и сохранять ясность. Это совсем не означает отсутствие эмоций. Человек не становится сильнее от того, что превращается в холодный камень. Настоящая сила заключается в том, что эмоция может появиться, но решение всё равно остаётся за тобой.
Именно здесь рушится популярная иллюзия: будто нужно «убить свой гнев». Нет. Гнев нормальная человеческая эмоция. Опасным его делает не само появление, а то, что ты бездумно отдаёшь ему управление. Можно чувствовать ярость и всё равно не совершать поступков, о которых потом пожалеешь. Можно испытать обиду и не превращать её в многодневную войну. Проследить и не дать ей разгореться. Мы же постоянно на это все попадаемся из-за гордости = ЧСВ. Можно понимать, что с тобой поступили несправедливо, и всё равно выбрать действие, которое действительно решит проблему, вместо бессмысленного эмоционального взрыва с последующий опустошением лишь. Ослабляющим тебя и усиливающий буквально накачивающей твою внутреннюю тень эго.
Кастанеда называл это безупречностью. Не идеальностью, а использованием собственной энергии без лишних потерь. Подумай, сколько сил человек отдаёт совершенно бесполезным вещам: спору с незнакомцем, доказательству своей правоты, попыткам заставить другого человека признать ошибку, бесконечному возвращению к старым обидам. Ты можешь выиграть такой спор и всё равно проиграть собственный день и силы. Ты можешь поставить человека на место и остаться полностью опустошённым. Победа, после которой у тебя ничего не осталось, иногда слишком дорого стоит. Зачем?
Поэтому воин учится отпускать личную важность. Это не значит становиться бесхребетным или равнодушным. Это значит перестать воспринимать каждое чужое слово как удар по собственной личности. Если тебя критикуют попробуй отделить полезную информацию от желания защитить своё самолюбие. Если тебя оскорбляют спроси себя, действительно ли тебе необходимо отвечать. Если человек хочет вывести тебя из равновесия не помогай ему делать это поддаваясь своим эмоциям в моменте.
Одна из самых опасных зависимостей человека зависимость от чужого одобрения. Когда тебе постоянно необходимо, чтобы тебя уважали, хвалили, замечали и признавали, ты становишься уязвимым. Тот, кто даёт тебе одобрение, получает возможность его забрать. Синдром отличника. Тот, кто может похвалить тебя, может и унизить. И тогда твоё настроение начинает зависеть от чужих рук. Кастанеда связывал свободу воина именно с отказом от этой необходимости постоянно поддерживать собственную значимость внутри себя.
Есть ещё одна практика, которая проходит через его книги, помнить о смерти. Не ради мрачности и не ради желания пугать себя. Смерть в этом учении становится советчиком, который возвращает человеку чувство масштаба. Когда ты знаешь, что твоё время ограничено, некоторые вещи вдруг перестают казаться настолько важными. Ты действительно хочешь потратить вечер на то, чтобы мысленно спорить с человеком, который сказал тебе неприятную фразу? Ты действительно хочешь отдать несколько дней жизни обиде, которую через месяц уже никто не вспомнит?
Мусаси так же говорит о смерти. Она не делает человека слабее. Она может сделать его внимательнее к тому, на что он тратит свою жизнь. Образ воина у Кастанеды так сильно отличается от образа озлобленного человека. Воин не тот, кто постоянно ищет врагов. Наоборот. Он старается не создавать лишних врагов ни вокруг себя, ни внутри себя. Его сила не в том, что он способен разрушить другого человека, а в том, что он не позволяет окружающим бесконтрольно разрушать его внутреннее состояние.
И здесь Мусаси снова оказывается рядом. История его жизни со временем обросла легендами, а многие популярные рассказы о его поединках были позднее украшены и переосмыслены. Поэтому не стоит принимать каждую красивую историю о нём за документальный факт. Но его собственные тексты дают достаточно материала, чтобы увидеть главное: для него путь воина был не только искусством владения оружием. Это была дисциплина восприятия, движения, внимания и характера! Это был именно путь!
Самая большая ошибка думать, что путь воина означает стать бесчувственным. Нет. Бесчувственный человек может быть не сильным, а просто эмоционально отстранённым. Воин чувствует всё, но не позволяет каждой эмоции становиться приказом. Он может испытывать страх и всё равно действовать. Может чувствовать гнев и не становиться его слугой. Может быть ранен словами другого человека и не позволить этим словам определить его дальнейшие поступки.
Мы привыкли воспринимать слово ВОИН немного иначе, в нашем понимании он как раз ближе к пути Мусаси как самурая. Но путь самурая это целая философия, без духа и дисциплины невозможно побеждать сильных противников. Слово ВОИН в Кастанеде имеет гораздо более глубокое значение — воин Духа. Это многоплановая борьба не только с физическими врагами, а в основном с тонко материальными сущностями и воздействиями, в том числе со своим внутренним врагом.
Настоящая битва происходит не тогда, когда перед тобой стоит противник. Она происходит в тот момент, когда внутри тебя появляется желание доказать свою значимость. Кто-то сказал: «Ты никто». И внутри сразу поднимается ответ: «Я тебе сейчас докажу». Вот он твой демон. Он уже поднял голову. Он хочет, чтобы ты начал доказывать. Он хочет, чтобы ты потратил энергию на его защиту.
А теперь представь, что ты просто посмотрел на эту реакцию и не подчинился ей.
Не потому, что испугался.
Не потому, что проиграл.
Не потому, что тебе нечего сказать.
А потому, что ты сам решил, стоит ли эта ситуация твоей энергии.
Вот в этот момент человек впервые начинает становиться хозяином самого себя.
Кастанеда называл воина человеком действия, дисциплины и намерения. Мусаси учил не позволять себе лишних движений. И если убрать мистику, легенды и романтику, в центре обеих систем улавливается схожесть: твоя сила начинается там, где заканчивается автоматическая реакция.
Не обязательно убивать в себе гнев. Нужно перестать становиться его оружием.
Не обязательно уничтожать эго. Нужно перестать постоянно его кормить.
Не обязательно заставлять мир уважать тебя. Нужно перестать зависеть от того, уважает ли тебя каждый встречный.
И не обязательно становиться холодным человеком. Нужно стать человеком, который способен чувствовать и всё равно делать выбор осознанно.
В противном случае ты просто напыщенный раскрашенный индюк, бесконечно трясущийся внутри за то как тебя воспримут окружающие, бесконечно отстаивающий свою ценность.
Помни! Самый трудный противник находиться внутри тебя, и у него твоё лицо. Потому что ложное Эго намертво привязано к текущей тленной личности и взгляд направлен на свою «великую» важность.
А истинной в сути своей мы Духи воплощенные в телах и лишь временные путники этого удивительного многогранного непостижимого мира, познать который можно только смотря широко раскрытыми глазами и сердцем.
«Никогда лошади запряженной в телегу, груженную сундуками драгоценностей и скарбом не обогнать легко мчащегося к рассвету всадника, владеющего лишь тем что надето на нем .»
Эта метафора говорит о цене привязанностей. Лошадь, везущая тяжёлую телегу, наполненную сундуками, золотом и дорогим скарбом, может быть сильной и выносливой, но каждый сундук тянет её назад, отнимая скорость и свободу. Так и человек, обременённый богатством, статусом, чужим мнением, привычками и страхом потерять нажитое, постепенно становится пленником того, чем владеет. Чем больше груз, тем больше приходится его охранять, удерживать и бояться лишиться.
А всаднику, который встречает рассвет лишь с тем, что надето на нём, нечего тащить за собой и нечего защищать. Он не связан сундуками, не оглядывается на оставленное позади и потому может двигаться легко, свободно и далеко. Его богатство сама дорога и способность идти по ней.
Так метафора говорит не о том, что человеку необходимо отказаться от всех земных благ. Она говорит о другом: **не позволяй тому, чем ты владеешь, овладеть тобой**. Вещи должны служить человеку, а не становиться цепями, которыми он привязывает себя к страху потери, жадности, статусу и постоянной необходимости соответствовать чужим представлениям о значимости.
У одного за спиной сундуки, которые он боится потерять. У другого только дорога впереди. И пока первый думает, как сохранить своё богатство, второй уже встречает новый рассвет.
И потому лёгкий всадник всегда имеет преимущество перед тем, кто тащит за собой целый мир.
Алексей АГНИ
